ещё во времена молодости моих родителей, мужья приносили всю зарплату домой и отдавали её жене, которая тоже работала и приносила деньги в дом. Чаще всего именно женщина в семье управляла бюджетом.
Времена изменились: теперь у каждого из супругов свой счёт и я не просила у него отдавать мне зарплату, так как я надеялась вскоре найти работу и вносить свою лепту в наш семейный бюджет, но несмотря на мои попытки донести до мужа мои страхи, он остался глух к моим доводам.
Уже позже, разговаривая об этой ситуации с моей свекровью, я узнала, что подобное поведение объяснялось детской психологической травмой моего мужа. Его отчим несколько раз похищал у него со счёта деньги, переведённые его отцом. Я поняла, что рассчитывать на доверие в этой сфере со стороны супруга мне не придётся и смирилась с этим. Когда я нашла работу и у меня наконец-то появился свой счёт в банке, я первым делом сообщила код моей карты мужу, в знак моего ему доверия.
Мне пришлось потратить 8 долгих месяцев, пережить множество отказов и неудач, прежде чем найти эту долгожданную, пусть и низкооплачиваемую работу. Я начала мои поиски с классических сайтов, где я разместила своё резюме, в котором я с гордостью указала наличие диплома о пятилетнем высшем университетском образовании, подтверждающего получение профессии учителя французского и английского языков, а также мой опыт работы арт-менеджером казино, что подразумевало немало ответственности, а также владение тремя языками: французским, английским и русским.
Поначалу я была абсолютно уверена, что быстро и легко найду хорошую, высокооплачиваемую работу на руководящей должности. Со временем, получив немало отказов, прочитав немало объявлений и пройдя тест по профориентации на Бирже труда, я поняла, что мне придётся пересмотреть свои запросы и усмирить свои амбиции, как бы это ни было горько признать.
Несмотря на почти совершенное владение французским языком (как в устном, так и в письменном виде), у меня не было опыта и специфического диплома, чтобы занимать руководящую должность во Франции, а для получения работы даже ассистента и секретаря у меня был слишком высокий уровень и работодатели не хотели связываться с человеком, которому они были бы вынуждены платить более высокую зарплату чем другим только из-за того, что у меня был диплом о пятилетнем высшем образовании.
Мне пришлось спуститься с неба на землю, убрать свою гордость куда подальше и согласиться на поиски любой приличной работы. Моё желание приносить деньги в семью и быть независимой от мужа было сильнее моих амбиций и гордости, поэтому я начала искать работу ресепшен. И даже тут меня ожидало немалое количество отказов и разочарований!
То ли от того, что у меня была карта пребывания во Франции всего на один год, то ли из-за моей довольно привлекательной внешности, которая скорее всего нервировала начальниц по кадрам (причем мне говорили об этом сами французы – родственники со стороны мужа), но несмотря на успешное прохождение всех тестов и владение иностранными языками, они предпочитали нанимать местных девушек различного происхождения.
Я получила большое количество отказов и уже будучи на пороге отчаяния, я решила сменить тактику и вместо рассылки резюме через интернет я начала лично ходить в различные агентства по трудоустройству. Как ни странно, но уже буквально через пару недель после смены стратегии, мне позвонили и предложили пост ресепшен на временном контракте: заменить мою соотечественницу из международной фирмы всего на месяц.
Несмотря на то, что до работы нужно было ехать 2,5 часа и столько же назад, я согласилась с огромной радостью, так как мне предоставлялся шанс изменить мою жизнь. Коллектив, состоящий из русских, французов и американцев, принял меня радушно. Я быстро овладела нехитрыми навыками данной профессии и первый месяц работы прошел очень успешно.
Затем меня попросили заменить другую девушку из этой же фирмы на время летних каникул, а уже после окончания этих двух коротких контрактов, мне предложили постоянную работу ресепшен в большой международной фирме, состоящей из более чем 300 человек и сотрудничающей с Африкой.
Я прекрасно понимала, что не собираюсь оставаться на этой должности всю оставшуюся жизнь, так как чаще всего её занимали студентки, иностранцы, а также матери, желающие работать на полставки или ¾ полного трудового дня. Большинству посетителей фирмы было всё равно, что я могла разговаривать на нескольких языках, что у меня было высшее образование.
За 3,5 года, проведённой на этой работе, я увидела немало неуважительного и обидного отношения со стороны недалёких людей, думающих, что девушки на ресепшен не в состоянии связать и пары фраз. Но я также понимала, что это была временная работа, позволяющая мне быть независимой, помогать мужу, и что будучи иностранкой, мне нужно было всё начинать с нуля, несмотря на успешное начало карьеры в России.
Мои рабочие будни скрашивало сознание того, что я работаю с замечательными людьми: с моей начальницей, заведующей всеми техническими и административными вопросами в здании и заботящейся обо мне, как о родной дочери, с моей напарницей с утренней смены, а также с моими коллегами с отдела почты и охранниками. Все они были различного происхождения (сербы, французы, африканцы, выходцы с различных островов), но все эти люди обладали добрым отзывчивым сердцем и несгибаемым оптимизмом. Если бы не они, то я не знаю как бы я продержалась на этом посту.
Чтобы не терять времени зря, я начала учить самостоятельно итальянский язык с учебником «15 минут в день, чтобы говорить по-итальянски». Впервые я услышала этот язык во Франции и он мне показался настоящей музыкой. Я решила во что бы то ни стало научиться говорить на нём и принялась за работу.
Вместо того, чтобы бездельничать и читать журналы, я делала упражнения между звонками и приёмом посетителей, что пусть медленно, но неуклонно приводило меня к желаемому результату. После 6 месяцев самостоятельного изучения, я попросила разрешения пройти курс с учителем итальянского языка – настоящей итальянкой, Аллегрой, которая позже стала моей подругой.
Французское государство позволяет людям, работающим на постоянном контракте, проходить различные курсы в рамках образовательной программы DIF (индивидуальное право на обучение), оплачивая им 20 часов в год, причем непотраченные часы добавлялись к последующим и позволяли проходить довольно приличные курсы: по изучению иностранных языков, информатики и т. д.
Когда я подала заявку на обучение в нерабочее время в моё агентство, размещающее девушек-ресепшн по разным фирмам и насчитывающее более 50 человек, выяснилось, что кроме меня никто не заявлял до этого о своём законном праве на подобное обучение, поскольку девушки просто-напросто не имели понятия о его существовании! Причем большинство из них были француженки.
Получив согласие начальства, я принялась за обучение с огромным энтузиазмом, не подозревая о том, что в ближайшем будущем знание этого языка пригодится мне для моей новой работы! Оказалось, что во время моего самостоятельного обучения итальянскому, я усвоила некоторые слова с ошибками, но это было поправимо. К тому же у меня была замечательная учительница, которая довольно быстро устранила мой страх перед языковым барьером и я наконец-то смогла разговаривать, а не только читать и писать на итальянском.
Моя новая, пусть и не престижная работа не только позволила нам с мужем повысить наш уровень жизни, но и придала мне уверенности и способствовала приобретению некоторой финансовой независимости. Я записалась в спортзал, куда я ходила каждое утро перед работой, у меня появились новые друзья по спорту и коллеги, с которыми я общалась помимо мужа и его родных.
Мне говорили много комплиментов, что поднимало мне настроение и придавало сил. Мы взяли с Франсуа годовой абонемент в кино, что позволяло нам за менее чем 20 евро ходить на все фильмы в обширной сети кинотеатров, как в Париже, так и вне его. Чтобы воспользоваться этим абонементом «по полной», Франсуа начал тянуть меня в кино на все сеансы, практически каждый день и даже на те фильмы, которые мне были не очень интересны. Поскольку это было нашим единственным культурным и совместным времяпровождением, то мне не оставалось ничего другого, как соглашаться.
В театр или рестораны мы не ходили, поскольку для него это
